Егор Безрылов (koznodej) wrote,
Егор Безрылов
koznodej

Categories:

ТРЮК С РАЗОБЛАЧЕНИЕМ

Структуру практически любого сновидения можно разобрать на составные части, заимствованные как из чужих вымыслов, так и из повседневной реальности.
Легче это будет сделать тому, кто сочетает визиты в кинотеатр с посещением библиотек.
Потому что того, чье воображение питается исключительно готовыми суррогатными образами и сюжетами с подчас заранее подсказанной развязкой, подстерегают непреодолимые трудности при попытке сориентироваться в галлюцинациях собственного производства.
Я давно, еще в период книжного дефицита и малокартинья, отметил, что люди, довольствующиеся новинками кинопроката более мнительны и суеверны, чем те их сограждане, что перемежают чтением культпоходы в кино.
Сейчас правда оба вида духовной пищи сильно уступают обильной корреспонденции людей, которые, будучи лишены таланта и воображения, тем не менее, подробнейшим образом детализируют свою жизнь в посланиях друг другу, превращая её в чтение манускрипта, который дублирует сотни тысяч себе подобных копий почти синхронно.
Когда-то в кино ходили те, кому лень и “некогда” читать, а книгами, пропуская подчас весьма любопытные вещи, зачитывались те, кому “лень” куда-то выходить.
Однажды, в начале девяностых я демонстрировал двум подругам модные в ту пору ролики звезд старого бурлеска - Бетти Пейдж и т.д., мне самому хотелось поскорей ознакомиться с только что полученной кассетой, на которой были собраны только что опубликованные за рубежом, архивные записи.
Каково же было моё удивление, когда из кресла в углу донесся капризный голос: : “и что - это она так и будет полчаса стаскивать с себя по одной шмотке?..”
Голос принадлежал весьма неказистой усатой девице с дурацким браслетом на щиколотке поврежденной ноги.
Совершенно непонятно, куда она торопилась, и на что ей-то так не терпелось посмотреть. “Э! Красоты не понимаешь!” - ответил было я голосом Гургена Тонунца из комедии “Опекун”, но вспомнив, что вместо юмора у нее усы и браслет, не стал всуе осквернять великую картину.
Каково же было моё раздражение, когда года три спустя, я обнаружил, что эта тупица запоем смотрит второсортные поделки в этом жанре и даже пишет рецензии на попытки местных говнарей играть в стиле “сёрф”.
Пассивный антагонизм читателей и зрителей был вполне реальной деталью нашего бытия. Одни говорили “не читал, но видел фильм”, а другие “не смотрел, но читал”. Последнюю фразу еще в восьмидесятых использовал один американец в качестве заголовка своей работы об истории экранизации малоизвестных литературных произведений.
Но во сне буквы и картинки действуют бок о бок, участвуя в строительстве грез на равных, в том числе и замысловатых видение неординарной особы вроде меня.
Мы все себе кажемся не совсем простыми, но демократично помалкиваем об этом большую часть жизни.
И все-таки ассортимент готовых образов ограничен, он отупляет и ослепляет, обуздывает нашу фантазию набором дежурных открыток, в то время как алфавит раскрепощает, выталкивая адепта в талмудическую бесконечность вариантов и версий того, что якобы общеизвестно и однозначно.
На сей раз я не просто кричал во сне, мне удалось испустить пронзительный вопль неимоверно высокой тональности и чистоты. Так вопят последний раз.
Я был настолько ошеломлен результатом, что, ни секунды не мешкая, проснулся и сел, чтобы удостовериться, что я ни в чем не испытываю потребности - мне не хотелось пить, не было надобности покидать пределы спальни, рядом со мною было тихо, значит заорал я не наяву.
Что же напугало меня? - Манипуляции неких тёмных конечностей в районе икр, ощущение сползания в некую горизонтальную глубину сродни попаданию под лед.
Сознавая, что голова моя в любой момент может исчезнуть в этом жутком измерении, я решился произвести образцовый вопль, ориентируясь на одному мне известный эталон.
Здесь собственно, можно и остановиться.
Обитатели параллельного недоброго мира, это из фильма “Фантазм”, подледное плаванье - это “Омен”, мама, “Омен”... то есть источники давно общедоступные, полностью, как стриптизерша в конце номера, избавленные от оккультной шелухи.
Форма, в которой изложены мои мысли, это от пляжного знакомства с Борхесом в Бердянске.
А чувство заминки между тем и этим светом из “Преждевременного погребения”, которым я привык зачитываться во время редких поездок в метро.
Но остается вопль.
Тут и вовсе нет никакой тайны. Так кричит в “Подвиге разведчика” агент Бережной, осознав, что пощады от Кадочникова ему не будет.
Так кричит великий актер Милютенко, чье мастерство я осмелился скопировать лишь во сне.
И крик агента Бережного примерно с полгода служил звуковым эпиграфом моему легендарному радиоспектаклю “Трансильвания бэспокоит”.
Могу, если что, напомнить: “за кровь преданных тобой товарищей! правом данным мне родиной!..” и так далее.
Давно уже нет ни родины, ни тех актеров, ни радио сто один, а вопль звучит как новый.
Такова сила искусства, точнее искушения, лучший способ победить которое, это ему поддаться.
*
Tags: аналитика, проза, расссказ2017, сатира
Subscribe

  • .

    Знакомые Белостоцкого писали в социальных сетях, что он «слаб», болеет, но раскрывать подробности отказывались, ссылаясь на…

  • В интересах истины

    Интенсивно подсаживая пассажиров моего корабля дураков на Феррера, занимался я этим чисто из спортивного интереса - на таком ведь не заработаешь,…

  • .

    По их словам, участников из одной из кавказских республик во время марш-броска якобы подбрасывали на машинах их друзья, в то время как им самим…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments