Егор Безрылов (koznodej) wrote,
Егор Безрылов
koznodej

Category:

Прах

«Тяжкие безрадостные мысли…» – довоенным патефоном звучит Петр Лещенко, как в телефонной трубке. Оттесняя его, сквозь полудрему окаянного лета нас беспокоят более современные переживания: Куда все уходит? Почему исчезновение без разрушения не вызывает паники и гнева?

Обычно этим прямым и тревожным вопросам противостоят уклончивые ответы и утешительные рассуждения: Ну, кто-то на солидном или любительском уровне все это фиксирует, запоминает, чтобы последователь из будущего, благодаря трудам предшественника, об этом узнал, оценил, чтобы оно, стертое с лица земли, но сбереженное в памяти, приглянулось , было изучено и правильно понято…

Древнее исчезновения – только возникновение, оба процесса способны повергнуть в ужас или скорбь, если речь идет о фигурах и явлениях внушительных, аутентичных. Но почему-то более всего угнетает бутафорский вид того, что появляется на этом свете взамен и занимает место ушедшего… Пыль – сестрица пустоты. Пыль – почти незаметная и невесомая, пока не уляжется плотным слоем как курортный песок, но ядовитая – пыль, тот самый «прах», в который рассыпаются надежды и замыслы, рано или поздно, после их воплощения.

В самом деле, какой ненавязчиво-зловещий облик у этих новостроек, вспухающих изнутри притихших, будто вымерших или эвакуированных кварталов «старой части». Живут в них новые обитатели или пока еще не живут – глядя с улицы определить трудно. Зато необычайно легко представляется, как за темными стеклами вычурных окон, прямо на мраморном полу, или, подстелив, что попало, спариваются колдуны-паразиты, насылая бесшумные пыльные бури на приговоренных ими старожилов здешних мест. Как говорится, раньше мы их здесь не видели…

Туда, в некогда открытые дворы, за невысокими калитками, проникнуть уже нельзя. Нога не повернется ступить. Но отравленная пыль, в таком количестве оседающая на предметах и поверхностях моей комнаты, вылетает именно оттуда (словно НАТОвские стервятники с бомбами в презервативах), и разлетается, не ведая преград, как туристы или родственники.

Там, за быстро-быстро возводимыми стенами особняков, предназначенных явно не для человека, распыляется до полного и невозвратимого исчезновения весь прежний уклад нашей полноценной жизни. Устанавливаются и подключаются совсем не «машины для жилья», а пульверизаторы полуневидимой смерти. Делается это «вольными» или «невольными» каменщиками – роли не играет. Да будут прокляты те и другие.

Клостерштассе

Tags: проза
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 7 comments