ВДОВА И ПИОНЕРЫ
Моим любимым местом в гениальной "Аллее кошмаров" , при всем изобилии потрясающих сцен, с первого раза стал по сути финальный диалог перед добавленным к нему, весьма условным "хеппи эндом".
Содержание разговора таково:
Ты в курсе, что такое "уродец", не?
Та да... шо такое "уродец" я в курсе.
Как думаешь, потянешь ты эту роль?
Сударь мой, да я РОЖДЕН для неё.
В этих словах есть абсолютно всё: перед нами и собеседование умного журналиста и назначение главнокомандующим, горящий "смоленск" и горящий "рейхстаг", неопалимое и невыгораемое в голове у чающих движения воды и воскресения мертвых, смиренное осмысление своей двоякой миссии и гордость за оказываемое доверие.
Популярность ветерана отечественной поэзии, каковым является мадам Мориц, чья основная часть читательской массы давно на том свете, среди вдов и сирот поколения диско, проще всего объяснить тем, что поэтесса напоминает им праведно воскресшую маман или бабушку, которая пишет правильные стихи,где всё "по делу", а не воет из-под земли, как это принято у заживо погребенных, и не высасывает кровь или б-г знает что еще, как это свойственно ложно умершим.
McGraw - Final Carnival Owner: You know what a geek is, don't you?
Stanton Carlisle: Yeah. Sure, I... I know what a geek is.
McGraw - Final Carnival Owner: Do you think you can handle it?
Stanton Carlisle: Mister, I was made for it.
*