Егор Безрылов (koznodej) wrote,
Егор Безрылов
koznodej

75!



Вчера был день рождения у Адамо. Он подошел к нему достойно, как подобает настоящему денди, который по мнению обывателей, был "ничего", пока не "свихнулся".

Адамо заступился за "мигрантов" - за эту шайку проходимцев и насильников, прекрасно понимая, что скажут маразматики, ждущие от певца новых сентиментальных баллад.

Следовало бы сказать что-нибудь лирическое, но вокруг стола будет пусто, как в объятиях человека с завязанными глазами - все мои собеседники на том свете, и нет смысла вербовать новых человеку, который без подсказок помнит каждое слово и каждый жест, вызванные голосом Адамо когда еще никто не обращал внимания на уникальность подобных деталей.

Долго и необязательно объяснять, почему существа, пропитанные мотивами такого рода, практикуют саморазрушение, которое некому оценить, кроме претендентов на их жилплощадь, но других я в этой среде не встречал.

Слова и мелодии Адамо вместе с именем, я заметил еще в дошкольном возрасте, вместе с прическами и одеждой местных модников и модниц.

Эти стрижки и фасоны были словно подрисованы к голове и туловищу каждого из них.

Сперва на уровне звукоподражания, коверкая названия и смысл текста, затем подробно и основательно, я прокручивал и анализировал фонограмму чужой юности добросовестно, как частный детектив в деле с оккультной подоплекой.

Количества больных и несчастных персонажей, прошедших мимо меня под песни Адамо, туда, откуда не возвращаются с поллитрой,, хватило бы на роман Чендлера, но им едва ли будет интересно прочитать о себе в печатном виде.

Не хватает бессловесности, не самого миража, а описания миража у Майн Рида в пересказе одного дворового дурачка другому, того состояния, когда земля, которой уже три миллиарда лет, всё еще безводна (sic) и пуста - до первой фразы с затакта Ho raccolto il mio corraggio!..

И тут же побережье пресноводного пляжа, где я не бывал тридцать три года, вынырнув на песок из реки, которой тут не было пять секунд назад, заполонят знакомые силуэты, а в раскаленном воздухе с большой примесью болгарского табака, забулькают транзисторы и бутылки с "мiцняком" и "фетяской"..

Но имеет ли смысл заново сервировать таким образом шведский стол великого пожирателя плоти? Честно говоря, без понятия.

Годы забвения помогли Адамо сберечь шарм старого материала, включая превосходные адаптации его песен Эмилем Горовцем и Караклаич.

Однако за ним последовал и "ренессанс" - тот всплеск запоздалой любви, что не обходится без осквернения и фальши,

Какой-то плюгавый плебей "перепел" Tombe La Neige, старика снова начали "привозить", и слушать его стало дурным тоном, пока не осядет муть профанации.

Биологически поколение Адамо мертво, но слова и звуки не имеют срока годности, и, при передаче адептами по цепочке, способны циркулировать бесконечно.


Tags: music, аналитика, гении, проза, рассказ2018
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments