April 15th, 2012

ККК

Сегодня родился...

превосходный MICHAEL ANSARA


и это повод вспомнить гениальнейшую картину THE PHYNX, достойный заокеанский ответ на "БЕЛЫЙ РОЯЛЬ", "В ТРИНАДЦАТОМ ЧАСУ НОЧИ" и т. д.  Только таким ключевым фигурам как Джерри Либер и Майк Столлер, возможно самый остроумный (Damon Runyon 60-х) мастер слова своей эпохи Стэн Корнин, оказалось под силу выстроить такой блистательный калейдоскоп имен и талантов.
Страшно представить участь нынешнего кинобыдла, если бы, скажем, Тихвинский и Азов или Костюковский, Слободской смогли своевременно объединить свой потенциал с коллегами в Голдене Медине.
Фильм-призрак продолжает внушать кому следует ужас и отвращение не меньшие, чем Великая Албания, где все в этой картине и происходит. Пора бы призраку воплотиться. Ищите и обрящете.
ККК

Погибонцы (по канве Набатова)


 

КЛАН

 По кромке песчаной Синая

Шатается матка свиная.

Точь-в-точь как у папы ди-джея

У матки короткая шея.

 

Потешно вертя головами,

У каждого фрукт в кулаке,

Жонглируют монстры словами,

Рисуясь бог весть перед кем.

 

Под песенку древнюю споря

(«у моря, у синего моря»),

Которая шея короче

И сколько отсюда до Сочи.

 

Чье пузо жирней или жопа

Объемней фамильного зоба.

Чей прадед сотрудничал с Зорге

(служа в мелитопольском морге).

 

За маткою, фото снимая,

Гоняется особь хромая,

Наследник солидного дома

(брательник – известнейший гомо).

 

С мольбой совмещая злодейство,

Трудилось святое семейство,

Вплетая в роскошные косы

Подлог, клевету и доносы.

 

Скрывая зловонное гетто

За ширмою из партбилетов,

Трясли головою бараньей

На митингах и партсобраниях.

 

Потомственный клан стукачей

Отметился в «деле врачей»…

 

Подмышками жлобских дубленок

Воняет морская трава.

Играет серьезный ребенок

В донос, составляя слова.

 

Свой деликатес карауля,

В награду за первую ложь,

О, как он похож на дедулю,

На бабку в обкоме похож.

 

А старый припиздок Мальволио

Таскает в котомке портфолио.

Для пущей конечно солидности

Не стал оформлять инвалидности.

 

На фото облезлые хиппи,

Сисяры в нестиранном лифе,

И дяденьки черные в шляпах,

Все те, на кого он «накапал».

 

Кого провоцировал выпивкой

 на антисоветские выкрики,

Куриные ножки обгладывая,

Он только своих не закладывал.

 

Шепнул генерал пьяной дочери:

«Своих то он в первую очередь!»

 

Закладывать некого более

В НИИ, универе и в школе.

Отбросив привычные роли,

На пляжном сошлись волейболе.

 

Где каждую мелочь лихую,

Приветствуют в клане, ликуя.

Любуйтесь, друзья, целым пляжем,

Мы танец фламинго вам спляшем.

 

И только лишь мая второго,

Как муха-слепень и корова,

Они, присмирев, замирают

И дружно трубе подвывают.

 

Стараясь, хромой особист

Дрожит как осиновый лист.

Старательно толстая шея

Поносит Адольфа Кащея.



ККК

Антология одной песни

Here now was the faint petrochemical stinkings, a perpetual farting of the great god Progress. And a wang-dang thudding of bubblegum rock from the speakers on the poles in the shopping-plaza parking lot.
                                                                                             John D. MacDonald. THE EMPTY COPPER SEA.