November 22nd, 2012

ККК

LES FANTOMES ET FANTOCHES

МОРЕЛЛА

Когда над филиалами сбербанка
парила Благовещенья звезда,
себя вообразила тётя "панком".
Я - панк, решила, буду им всегда.

Её проблематично без домкрата
на все четыре водрузить кости.
Каштанами посыпались утраты:
художники, актриса-травести...

Весь календарь - сплошные панихиды.
Был человек - пустые сапоги.
Талант зато на месте и либидо,
под париком - в сохранности мозги.

Как в девяностых от автомобилей
и не по-русски лающих имен,
а в паспортах от сдвоенных фамилий
по типу Говниенко-Фергюсон,

гудит башка от лестных приглашений,
здороваться - отвалится рука,
для творчества есть хата и сношений,
имеется болван для парика.

Допустим, можно волосы подкрасить,
и снова будет золото волос,
но неудобно по лианам лазать,
когда тебе, мамаша, за полтос.

Заказаны ошейники и плети,
и приглашает в группу Белый Клык.
О помощи кричат больные дети,
наружу рвется вагинальный крик:
ответь старуха (или ты старик?),
какого цвета был при Лёньке пятерик?!!




ККК

КОНСЕРВАТИВНЫЙ "МОВИЗМ" ЛЬВА ЯКИМЕНКО




Светлана после восьмого класса как взбесилась. На беду купил Иван Павлович ей в подарок ко дню рождения магнитофон. Думал, классической музыкой заинтересуется, английский язык - произношение отработает. По занятости и он и Шура не заметили, как в доме другая коллекция собралась. Записи, перезаписи - и оказался полный комплект "молодежной", "современной"... Цветные вырезки из каких-то журналов с фотографиями волосатых певцов. 

- Глупая твоя музыка! - в сердцах выговаривал Иван Павлович. - Я её больше трех минут выносить не могу.

- Если бы больше трех минут вынес, тогда бы и понял, что не глупая, - отпарировала Светлана. Остра на язык выросла девчонка!

- От этих воплей, от этого трясения у меня в организме молекулярная структура может нарушиться, - пробовал шутить Иван Павлович.

- А я без этой музыки жить не могу!

Вот и поговорил с ней!

Какие-то компании начали собираться: вроде незнакомые узколобые парни с обтянутыми задами, девчонки голоногие в мини-юбочках...

- Гулевая девчонка! - раздражался Иван Павлович.

- Угомонись, отец! - урезонивала Шура.

Иван Павлович тут же стихал. Не решался на крутые меры.

Как-то вернулся домой раньше обычного, дурными голосами орет магнитофон. Светлана одна в комнате, трясет задом, патлы распущены, глаза прикрыты - в полном отрешении от всего. Окликнул её. Смотрела, не узнавая. Глаза мутные, нехорошие. Потусторонние глаза.

В других мирах обреталась его дочь, а в каких, понять не мог. Оттого злился. Приказал, чтобы при нем эту музыку не заводила. Грозил, что побьет магнитофон, а все пленки-катушки выбросит или сожжет. А чего добился? Светлана начала остерегаться. Прятала в укромных местах коробки с кассетами.

Шура считала, что он "непедагогичен".

- Они все увлекаются сейчас этим. Пойми, это как корь, как ветрянка. Переболеют, отшелушатся - и всё. Мода прилипчива, но и скоропроходяща.

- Какая мода! - возражал Павел Иванович.  - Тут апокалипсис, в судорогах мир кончается, - вот что такое эта музыка. Она деморализует, лишая воли и силы. Неврастеников плодит!

ЛЕВ ЯКИМЕНКО. ГОРОДОК. 1979.


ККК

"МИКРОФОН НА ПОВОДКЕ В ЗУБЫ И - ПОШЕЛ..."

ДОНСКОЙ ПРОЗАИК О ВРЕМЯПРЕПРОВОЖДЕНИИ ДУРАКОВ И ДУР, КОТОРЫМ СЕЙЧАС ПОД ШЕСТЬДЕСЯТ

На танцплощадке, над эстрадой для оркестра, так тоже правильный лозунг повесили: «Любите и изучайте великое искусство народной музыки». Д. Шостакович. По личному указанию товарища Говоркова.

Вот такая теорема получается с наглядной агитацией в нашем городе!

Но суть в другом. Как мог уважаемый товарищ Говорков пропустить такое безобразие, как бесконтрольное выступление вышепоименованного ансамбля «Черноморы»!

При большом стечении народа, после того как установили всю технику: микрофон, барабаны разных видов, один как бочка, другой вроде детского стульчика, восемь штук насчитал одних барабанов! Разложили гитары со шнурами – называются электрогитары; прожектора включили смешение цветов: зеленый, красный, оранжевый, мигание всякое, для эффекта… После всего этого в кожаной куртке, в широченных внизу штанах клеш заводила ихний Жорж Бесфамильный произнес вроде короткую лекцию. О значении битл-музыки для современного момента.

– У многих неправильное понимание битл-музыки, – с этого начал свои пояснения. – Битл-музыка (тут я записал для памяти) приспосабливает восприятие современного человека к окружающей обстановке, рассчитана на обострение эмоций.

Получалось, вроде мы неприспособленные, если не воспринимаем ихнюю музыку!

На лозунг показал над эстрадой, подтвердил, что верный призыв, сказал, что ансамбль «Черноморы» пропагандирует народную музыку. Называется течение «фолк-рок». Сказал, что ориентируются в своем творчестве на такие профессиональные ансамбли, как «Песняры» и «Червона рута». Вы все их широко знаете, так как не раз показывали по телевизору.

Объявил, что первым номером исполнят «Коробейники»… Шевеление волос на голове произошло от такого исполнения! Невыносимое звучание: рев моторов, визг тормозов, гул – и никаких «Коробейников». Исказители народной музыки! А несознательная молодежь на танцплощадке начала дергаться, подпевать, подсвистывать… А этот Жорж Бесфамильный, у них не только ударник, он вроде зазывалы, микрофон на поводке в зубы и – пошел: дергается, подпрыгивает, вихляется, выкрикивает, да все надсаднее, все быстрее, все злее, вовлекает, одурманивает…

«Черноморы» окончательно сбили с пути Светлану. Мать в больнице, отец по делам, а бабка ветхая что с норовистой девчонкой сделает? Познакомилась она с Жоржем Бесфамильным, и завязались у них отношения. Гулянки и все прочее.

Иван Павлович человек добрый и спокойный, все семейство их знали, батя покойный столько лет бригадиром в рыболовецком колхозе проработал, до самого момента, как на мине в плавнях подорвался вскоре после войны, но тут, как увидел собственными глазами нетерпимое безобразие, в великий гнев превзошел. Сказались фронтовые годы, контузия и нервное расстройство на ответственной работе.

Первым он выкинул из дома Жоржа Бесфамильного. Сгреб натуральным образом, где только и сила взялась, и мотнул через раскрытое окно. Прямо на кусты шиповника. Если бы не борода – всю морду бы обнес Жорж, а так отделался незначительными повреждениями оболочки. Остальные сами по себе – с визгом и криком – кто куда. Соседи всю эту картину со своих дворов наблюдали. Гласности предали.

А Иван Павлович магнитофон и все прочие колонки во двор, об землю ногами  начал топтать, ломать, записи эти – цельную коробку – огню предал.

Светлану свою в тот же час из дому выгнал. Какие слова при этом говорил – неизвестно. Другие утверждали – сама ушла. Вроде батю своего всенародно срамила: «Тупица! Деспот! Ни за что не вернусь!»

Вот какой конфликт произошел на почве современности.


ЛЕВ ЯКИМЕНКО. ГОРОДОК. 1979.