December 9th, 2016

D

Почему-то рок-критики из числа вчерашних косушечников и косичников...

Почему-то рок-критики из числа вчерашних косушечников и косичников, отрекаясь от сырков-индюков и делая акцент на солидность не без фамильярности, к пятидесяти годам пробуют писать как писали сорокалетние Стуруа или Боровик, только без ксенофобии и сексизьма: "славная, умная Жорж Занд говорила: "Искусство не такой дар, который мог бы обойтись без широких знаний во всех областях. Надо пожить, поискать, нужно сперва многое переварить, много любить, страдать, не переставая в то же время упорно работать. Прежде чем пустить в ход шпагу, надо основательно научиться фехтовать. Художник, который исключительно художник, бессилен, то есть посредственен, или он вдастся в крайность, то есть безумен".

Посредственности и безумцы - вот два типа современного писателя.

Момент, переживаемый нашей страною, требует от него больших знаний, энциклопедизма...".

*

D

Дмитрий Кедрин о контрастах русского мира

В порванной кубанке, небритый, рябой,
Тощий и в растерзанном виде,
Шляясь по Берлину, Василь Балабой
Зашел к атаману Гниде.
Ходит она, гнида, в малиновых штанах,
Грудь у ей, у гниды, уся в орденах,
Ментик на гниде с выпушкой.
Кушают они с лапушкой.
Вытерла усы от блинов от пшеничных:
"Кто его впустил, такую ворону?-
Масло облизала.- Пройдите, станичник!
Я уже пожертвовал. В церковь. Крону..."-
Злость его взяла, не хватило ли сил
(Он ведь пер на Орел, с-под Царицына
драпал),

Голова ль закружилась, а только Василь
Шапку скинул, завыл, опрокинулся на пол:
"За ваши за души, за эти гроши
Клинком оглоушен я, пулей прошит.
Вы гребли в сундуки серебро и меха,
Запаскудили совесть и душу сожгли мою!..
Для чего под Ростовом я клал потроха
За твою за Единую да Неделимую?!"
Взял Балабоя денщик-текинец,
Дал натощак Балабою гостинец,
Сел Балабой между лип на бульваре,
Возле плевательниц на Фридрихштрассе...
Скрипка мяукает где-то в баре,
Молодость вспомнилась... Скучно, Вася!..
Так-то. Людям - хресты и медали,
А нам, медведям, ничего не дали!
Варька, прощай! Я дарил тебе мыло.
Ты, чай, поешь на морском берегу:
"Девять я любила, восемь разлюбила,
Одного позабыть не могу!.. "
За что же? За удаль ночного погрома?
За хмель? За каемку погона?..
Ерема, Ерема, сидел бы ты дома,
Точил бы свои веретена!

1931

D

ОДЕРЖИМЫЕ

Ты на эти темы не шути
публика злопамятная это
те кто повторяет взаперти
мантру
у меня такого нету


был в пивбаре выложен балык
выложен на чистую газету
за соседним столиком старик
сука у меня такого нету


в бане увидав большой конец
мысленно отца призвав к ответу
сокрушался пухленький юнец
папа а у нас такого нету


в храме разодетая глиста
мысленно смакуя сигарету
глаз не сводит с рыжего креста
боже у меня такого нету


сколько их кукует по ветвям
самого унылого дурдома
цену набивая сыновьям
белого битловского альбома


добытого в юные года
у чекиста склонного к минету
я умру а он к тебе сюда
помни у него такого нету


могут в унитазе утопить
и рукой достать из унитаза
могут за недорого купить
комплексом товарища мидаса


сплошь отягощенные друзья
медики простые инженеры
широка коллекция моя
уверяют коллекционеры

говорят недавно управдом
выкопав из погреба скелета
написал на черепе крутом
верно - у меня такого нету.


*
D

О СЕЛЬСКИХ ПОЛЛОКАХ

читатель спрашивает

- Так в том-то и дело, что я этот подтекст уловил, но на то он и человеческий фактор. Спустя тридцать пять лет констатировать всё это ещё невероятнее и смешнее. Так что, удача. А что за деревенщик? Кто-то конкретный?

- Нет, деревенщик как раз абстрактный, потому что хитрожопое "крестьянство" лезло в писатели именно ради капстран (в сраное ГДР могли бы и тракториста отпустить).

В дальнейшем общаясь с деревенщиками, неоднократно слышал от них такое оправдание всех этих пиздимей, устинов и прочих стариков ромуальдычей.

*

D

ОДИН ИЗ ПОСЛЕДНИХ

"Статья начинается с вас, Керк!" - эта фраза преследовала меня в детстве, потому что спектакль о прогрессивной журналистке показывали регулярно, а я тщательно изучал любой, даже такой вот постановочный, суррогатный, словно кофейный напиток или кукурузный мед, "запад".

Но статьи к столетнему юбилею отнюдь не суррогатного Керка Дугласа от меня не будет, потому что мнение людей свободного ума и доброй воли в уборной, да и в любой другой жопе мало кого интересует - сами с усами.

И слава б-гу. Актеру её все равно не прочтут, а воспоминания моих сверстников про три "спартака" - кино, Мишулина и тот, что "команда так - один еврей да и тот мудак" в принципе пишутся одинаково, и ценность в них представляют только тёмные мелочи, неразличимые и безразличные для современного читателя, развращенного "инфотейнметом" местечковых шахерезадниц.

Поэтому я лишь ограничусь перечислением моих любимых (а значит гениальных) ролей и картин, и, буквально парою субъективных замечаний. Остальное вам расскажут профессионалы.

Керк Дуглас - абсолютно польский актер, в еще большей степени, нежели Джек Паланс - актер украинский, не смотря на заокеанский уровень таланта и мастерства. Причем они не гротескные "иностранцы" по амплуа и облику, как, скажем, Бэла или Петер Лорре, а по духу, что всегда несколько трагично.

Точно так же и в советском кинематографе, вплоть до начала семидесятых еще можно было отыскать людей, чьё место в Голливуде, а не в лепрозории, как сейчас.

И каждая из моих любимых картин Дугласа могла быть столь же успешно снята кем-то из польских мастеров либо в те же годы, либо чуть позже.

Собственно вот они:

The List of Adrian Messenger 1963

The Strange Love of Martha Ivers 1946

Detective Story 1951

The Juggler 1953

Town Without Pity 1961

A Lovely Way to Die (1968) (заглавную вещь оттуда мы исполняем) 1968

P.S Аналогом злого Дугласа в отечественном кинематографе для меня был и остается Виктор Кулаков.



*