December 14th, 2016

D

ВЫПУСКНИК

Отгулял с гортензией
почудили с розою
завязал с поэзией
завяжу и с прозою

были дни погожие
стали дни ненастные
липли толстокожие
приставали страстные

нахуй эту пенсию
запасусь колесами
угощу гортензию
поделюсь и с розою

резко разонравился
старенький хард-рок
тяжело завязывать
новенький шнурок

не пугают саббаты
не бодрит металика
стариков хоттабычей
схоронив виталика

схороню викторию
клюкнув на могиле я
на четыре стороны
пру седым базилио

словно в аладдине
проклятый визирь
в четыре магазина
в четырех такси

я еще заеду
я еще возьму
и приду к обеду
к вам на колыму

всех с кем сочетался
в интегральном ню
чтоб я обосрался
я похороню!

дядя, тэйк ит изи
любят старики
крепкие карнизы
прочные шнурки.



*




D

ИЗ ПРОШЛОГОДНЕГО

Отслеживая синусоиду младоконсерваторской мысли, мы наблюдаем симуляцию активной позиции у тех, кто когда-то симулировал хоть какую-то личную жизнь под телевизор с крематорием, однако идейные скопцы при этом (один килун от рождения, другой после операции) хранят степенное молчание, как при позднем Ельцине, не говоря уже про дальнейшие годы, выдавая за снобизм свой страх безработицы, правда третий андрогинчик, раскабанев чуть ли не втрое, ударился в религию, и шпарит исключительно параболически.

В общем, как говорит в любимом спектакле Басов Валаевой: "эта ваша геомЭтрия!"

*

В школе по истории у меня была сперва тройка, а потом совсем ничего, и все же любопытно представить себе уцелевшего николашку, если бы он тошнил еще лет двадцать, а то и двадцать пять, накануне неминуемой второй мировой, поздравляющего подданных по зворыкинскому ящику с наступающим, а на сцене вместо лепса вертинский в колготках, в зале упитанный, своевременно закодированный саша блок, гришка распутин с крашеным хаиром, и мясистые ладони эрнста рёма, крышующего питерские гей-сауны.

Правда в этом случае младоконсерваторы остались бы на своих исторических местах - в роли пастухов и говночистов. Ведь царские жандармы вряд ли потеснились бы, пропуская их дегенеративных дедов в мусориат и генералитет, а к буденому с чапаевым хуй примкнеешь бо самодержавие ж.

Поэтому реакция теперешних монархистов на такой поворот сюжета теоретически выглядит еще смешней.


*

D

ОТЧЕГО ПАНИКУЮТ ОПТИМИСТЫ

Суету вокруг реанимации пионеров-героев следует расценивать как инициативу снизу, в которую включено всё заранее, в том числе и уязвимые попытки пересмотреть характер и качество этих подвигов семидесятилетней давности.
В самом деле, неужели кто-то всерьез полагал, что Чепыжечка, подобно некоторым своим предшественникам из третьего мира, готов зайти так далеко, что ему понадобится помощь малолетних камикадзе?
Паникуют языкатые эксперты, второсортные “бернесы” и “утесовы”, потому что в случае нормализации отношений с большим шайтаном, почти весь их театр студенческих миниатюр по новой загонят в бойлерные и дворницкие.

Ведь даже среди самых респектабельных младоконов полно бывших "хиппи" наиболее убого, перестроечного помета.
И пускай то будут всего лишь рюмочные с игривыми названиями, такая перспектива, понятное дело, многих не устраивает. Особенно тех, кто по молодости давно отностальгировал.
Но, когда человеку под семьдесят, все эти бесконечные журавли с одесситами-мишками, когда самому так легко превратиться в одного из них, его только раздражают - позавывали и будя, тем более, весь ваш патриотизм у вас на рожах прописан.
Музыка иная у Чепыжки в голове - там ласкает клавиши Ван Клиберн новой разрядки, и, слава б-гу, без сифилисно-сивушного вокала братков-морячков.
Плюс объем порнографии, которую успел освоить любой современный школьник за свое иваново детство, то есть, в том возрасте, когда все диктаторы и полководцы прошлого века были никем и ничем...
Моя память, среди прочего, сохранила два эпизода, связанных с культом малолетних мучеников, чьими страданиями не столько закаляли, сколько запугивали моих сверстников изможденные педагоги сталинских лет развития, те, кого так унизил и пришиб пустыми пьедесталами и безнаказанным кощунством Хрущев.
И оба они, на мой взгляд,заслуживают внимания людей обособленных.
Почитаем:
Это стихотворение я читал с машинописного листа, оно возникло в конце семидесятых, и я простить себе не могу, что не скопировал и не заучил его целиком.
Начиналось оно так:
Друг мой, как давно то было,
ветеран мне говорил,
уж давно измылось мыло,
что из пленных я варил...
далее следовало сочное описание злодеяний ветерана, в том числе и допрос “партизанки Зои”, которой он “жег срамные губы... стулом выбил зубы” и т.д.
А заканчивал его рассказчик следующим образом:
На седого ветерана
я восторженно гляжу,
лишь под утро рано-рано
от него я выхожу
и грущу, что появился
слишком поздно я на свет,
ах, как жаль, что не родился
раньше я на тридцать лет.
*
Фамилия девочки была К-нко, поэтому на утреннике “Прощание с букварем” ей досталась буква К. и текст: я бросила куклы, играть не хочу, мне некогда очень - я буквы учу... и т.д.
Нищета родительская была так глубока, что многим ребятам приходилось читать допотопные книги, предки экономили на учебниках. В том числе, видимо, и девочка на “к”, потому что свой рассказ о жуткой судьбе Зои Космодемьянской она закончила, вложив в уста несчастной диверсантки возглас: “Сталин с нами! Сталин придет!”
Учительница перекрестилась, как все формальные атеисты, третьей, невидимой рукой, октябренок Осипов криво ухмыльнулся, запоминая сценку, остальные ничего не поняли.
Сталин, естественно, не пришел. И чепыжечка не придет. Кто не верит, пусть проверит.
*
D

Листая патриотическое порно онлайн...

Листая патриотическое порно онлайн, я замечаю три условия, которые выдвигают поставщикам их кураторы.

Во-первых модель обязана говорить о себе во множественном числе, то есть “мыкать”, намекая на единомыслие и солидарность: “мы-то знаем”, “нас не пугают...” и т.п.

Типа и миллиардер и бюджетник думают одинаково, потому что у нас каждый молод сейчас и так далее.

Симпатичная иллюзия всенародного групповика.

Второе - запрещено щеголять пороками, которые противопоказаны пожилым людям, безответственно откровенничая “пил я тогда чорт знает как” или “успевал выкурить полпачки “Шипки” до обеда”.

Параллельно приветствуются намеки на дополнительное образование, это и есть третья особенность. Причем, трепач ничем не рискует, потому что вокруг все такие же.

“Я закончил курсы экскурсовода”, “прослушал курс лекций”, “моим учителем был такой-то” - читателю приятно, когда от него не скрывают первоисточники премудрости.

Под таким соусом все приятно, когда есть на кого сослаться.


Я, например, встречал нескольких, минимум три рыла, больных людей, именовавших сумасшедший дом и свое в нем пребывание Чехословакией, Скандинавией или, зачем мелочиться, Америкой, где каждый из них, естественно, видел свою заветную знаменитость, и не одну - от Керенского до кого-нибудь из Битлз.

Один человек был несказанно рад рассказать мне про посещение засекреченного концерта Челентано в Одессе своим старшим братом-плейбоем.

Он был очень обрадован моим вниманием, потому что в ту пору Челика у нас подзабыли, и его история перестала вызывать зависть. Но зато когда началась вторая волна моды на итальянскую эстраду, этот псих с радостью реанимировал свою галлюцинацию, усадив в первом ряду себя вместо “брата”.

Минимум трое лгунов утверждали, будто им довелось угощать портвейном в Александровском саду Нила Янга, и никто им не возражал, потому что то знать того, кто пил с Нилом Янгом престижней, чем носиться с никому не нужной “истиной”, которая, как правило, всегда против нас - советских людей. Но нас!.. сами знаете, что про нас говорили и Черчиль и Тутанхамон. Так что, не советуем. Нас не трогай, и мы не тро...

Единственно, кого не встречал, это тех, кто общался с Боуи на Красной площади. Возможно от того, до конца восьмидесятых нахуй здесь был не нужен, а возможно и потому что он там действительно был.



*