January 23rd, 2017

D

Когда-то мы с Сермягой...





Когда-то мы с Сермягой, договариваясь об утренней встрече в пивной, брали по пути по "Советской россии", чтобы зачитывать друг другу маразмы про Сталина и Чаушеску.

Сейчас киоска поблизости нет, и вместо газетки, мы смотрим, чем дышет патриотическая русская мысль с помощью сети.

Что надо отметить - при всей агрессивности и безнаказанности, советский агитпроп не рисковал трогать имена серьезных людей.

Их просто не упоминали всуе, как не делают этого тактичные люди, слава б-гу, не из первых рук знакомые с иерархией блатного мира.

Задача советского агитпропа была припугнуть, а не просветить, что отнюдь не препятствовало самообразованию граждан не робкого десятка.

Подтекстом передовиц и лекций было "а ты-то зачем сюда приперся? Если поглумиться - тогда пожалуйста, а Velvet Underground - это уже за свой счет и в другом месте. Короче, сам ищи."

И меня лично такая сегрегация никогда не раздражала, скорее даже устраивала, потому что официальная пропаганда сдерживала нездоровое любопытство всех трех разновидностей советской сволочи: рабочих, интеллигенции и крестьян. Военных людьми назвать было трудно, поэтому их интересы не учитывал никто.

Но современное неосовдеповское трепло, это, говоря иным языком - образ, нормальным сознанием почти не воспринимаемый.

Не очень умная и не очень новая тётя из ебеней зачем-то называет "сборищем уродов" масштабнейшею манифестацию, с которой солидарен цвет американской культуры, в которой принимали участие Шер и Барбра Страйзенд.

То есть - величайшая певица мировой поп-сцены для неё "урод", и Шер урод, а Мадонна и подавно.

А красавцы, надо думать, мотрола и непременный папа - "джазмен" и "стиляга".

Никому из советских геббельсов - это сто процентов, и в голову не пришло бы обосрать Барбру Страйзенд.

Советские геббельсы знали своё место, и в графе "батько" благоразумно указывали не "джазмен" и не "стиляга", а "золотарь" или просто пролетарий".

Барбра Страйзенд, Шер, Кэрол Кинг - уроды против наших солнышек и лебедушек.

Если такое показать врачу-психиатру, он, конечно, не скажет: «имажинизм» или «крестьянская поэзия». Он скажет: «бред преследования» и будет прав.

Скажем больше - это приговор деревянных бошек самим себе.

Не тянули бы резину.



*


D

ПОЛТОС ДЛЯ МИСС РОСС



Released January 23, 1967
и этим сказано все или ничего смотря кому
Любителей настоящего рока всегда отпугивали альбомы, где старые мастера исполняют материал одного конкретного композитора, тем более двух.
Это потому что они были серьезно убеждены, что всю достойную их внимания музыку придумали в начале семидесятых, а то и позже, усатые дяди в “хайратниках”, подозрительно взрослые для этих самых “хайратников” и талисманов на тесемочках.
Какой уж тут “ирвин бЕрлин” или “бачарач”, когда есть “стомбринджа” и “физикал грАфити” от старшего братухи, который сейчас в арми, и пишет: “смотри, сотрешь -пиздец тебе”.
А здесь авторов и вовсе трое. Правописание фамилии Dozier мусолить не будем, хотя тема богатая с точки зрения лингвистического слабоумия мастеров советского перевода.
Тем более - не было никакого “правописание”, было только произношение, потому что влиятельный творческий триумвират Holland-Dozier-Holland в Союзе ни минуты не волновал никого и никак.
И единственной реакцией на его песенную продукцию в лучшем случае могло быть “снимай эту хуйню”.
Поэтому ни один альбом трио Supremes, с Дайной или без, в уборной не стоил выше пятнахи, а уходил, в лучшем случае, за чирикман - новый, не ставленный, “в слюде”, как выражались тогда парни с подвешенным языком.
Что поменялось за сорок лет? - Да в общем-то нихуя. Импотенция пробуждает мазохизм, и мне пару-тройку раз в пластмассовых уриналах одного большого города попадались потухшие мужички, якобы подсевшие на ранний Мотаун.
Их застенчивая улыбка была тепла как шея вынутого из петли.
Нет - альбом-юбиляр не самый лучший в каталоге Мотауна. Он - а это еще страшней, нормальный, как восемь лет правления тоже не лучшего Обамы.
Nuff said, остальному можно только верить.
Я давно мечтал услышать Heat Wave в исполнении Supremes, и помог мне это сделать мент-ударник по кличке Малохольный или Валера-мент.
Наебали его, а он решил, что он наебет меня - и вот как это было: подобно любому лабуху-плебею, он работал под филармонических, а те, отринув срамоту типа Гранд Фанка, лихорадочно онанировали на джаз-рок и поздний Мотаун, точнее - на Стиви Вандера и больше ни на кого.
Зачем и почему - это у них надо спросить, потому что вариант тупиковый. Советскому дураку с левым фендером явно не по зубам.
Короче говоря, Малохольный запомнил только слово “мотаун” - типа “шеф нам отдал приказ...”, а остальное спустил на тормозах.
В результате ему на нашей уебищной “балке” всадили таки допотопный сборник с такой этикеткой, он понес его к себе домой, а жил он за “Орбитой” - поставил - охуел и бросился звонить мне - в ту пору сцыкуну.
Что дальше? - конечно, на том жалком диске было всё, что мне надо, помимо Heat Wave, был Jr, Walker и Марвин Гэй, поющий Loving You is Sweeter Than Ever, от которой я охуевал еще в четвертом классе в исполнении Tremeloes на польской пластинке.
Малохольный, кстати, тоже временами был интересен, разумеется, не в такой степени, как звезды Мотауна - он был не просто ударник, а поющий ударник, и я своими ушами слышал, как он поет The Day in the Life с невероятным русским текстом, откуда мне запомнилась только первая фраза.
Оцените вот:
“я потерял и не нашел,
казалось всё легко и просто,
вчера нам было хорошо,
ну а теперь совсем не просто...
Дальше не помню, но в любом случае
I didn’t mean to heart you, Валера!..
ни б-же мой, потому что два или три года спустя, он оказался очень приличным человеком, и без разговоров, не наводя справок, устроил меня осветителем туда, где сам, вылетев из райотдела, пахал художником типа по свету - в цирк.
*
The Supremes - Remove This Doubt