March 8th, 2017

D

ДОБРОВОЛЬЦЫ (8. III. 14)

ДОБРОВОЛЬЦЫ

Был Подоконник в окулярах стекол,
описывая тёлке "Смерть Пьеро",
отчетливо два слова молвил он,
отчетливо два слова - "помер он",
не посетив задуманный Тернополь,
роняя пепел на сухой перрон.

Так человека звали - Подоконник,
никто не верил, не опровергал,
а он настаивал: Пьеро - покойник!
Я здесь когда-то шпалы обрыгал.

А в офисе начальника вокзала
укреплена подзорная труба,
как пузыри стремятся из бокала,
рвалась к обрыву льготников толпа.

Ломилась молчалива и безумна
к бурлящей пропасти маршруток и такси,
где чьи-то лица лопались бесшумно
под клубный грохот скачущих шасси.

В ней каждый был по-свойму Эмпедокл
над бездною снующих колымаг,
а Подоконник повторял "тэрнопул",
умышленно похерив мягкий знак.

За край перрона сплевывал украдкой
вполне домашний, тонкоклювый гусь,
твердя чувe: над этою загадкой
я с универа бесполезно бьюсь.

Ужасно не хватало автогена
в руке у Подоконника, лучи...
вызванивали робко часть рефрена
забытой пьесы "Путники в ночи",
часы вокзальной башни, постепенно
сдвигая в право стрелочки-ключи.

Бессолнечные ломкие лучи
дробились в округленных окулярах
как призраки в полуденной печи.

Он тему изменил: ночная смена
и сталевар несущийся к печи,
в пунцовом омуте резервуара
чтоб утонуть в расплавленной руде,
которому жестокие врачи
сказали, чем он болен... это где?

На улице, товарищи, Заречной.
Неубедительно
топить отчаяние в воде,
поняв давно, что страсть не будет вечной.
В преисподнюю - там твой друг,
если "люк" оказался ЛЮК.

Так Подоконник плел, не умолкая,
одной рукой девицу обнимая,
другою сигарету вынимал,
не понимая ЧТО он обнимал.

*

D

В болгарской троечке с дешевым манфред менном....

Шандриковский "Хаим" устами русского рокера

я достал себе примочку
он в нью йорк устроил дочку
я купил себе педаль
ему выдали медаль...


*


новый садко


вот жребий потянули

и стало им легко

он выпал на заказчика

заказчика Дзюдко

Дзюдко не долго думая

раскрыл свой чемодан

а там два тома дугина

и мраморный рамзан

*



В болгарской троечке

с дешевым манфред менном

где по аэродрому такие же бежат

колдует папа карло над поленом

колдует сорок лет назад

он возится с поленом как с коленом

колено клер такое есть кино

но там в ссср партийным членом

следит за папою законное бревно

чуть что накапает не даст заложит

унизит и ославит средь подруг

одною репликой либидо изничтожит

потому усядется смотреть

программу шире круг

и тщательно ошкуривая череп

как крупным планом капитан ганс клос

умелец улыбается примерив

под колпаком фрагмент из кожи и волос.

*

D

ДИСКО ЛЕТА

говорил тут с одним старым хером
носит имя с намёком - Харон
кто-то требовал записи "кЭррон"
а кому-то был нужен "церрОн"
и вертела хвостом
комсорг Сифака
перед фраером с физвосфака
пусть на месяце на шестом
а вертела таки хвостом
а теперь на пустом пароме
зря играет тот самый "черроне"
и сквозь жиденькую струю
слышно suzy he's lookin' at you
в эти воды никто не блюет
в эти годы никто не дает
не храбрится не паникует
и пластмассою не торгует
лишь позвякивают в дымке
невидимки монетки ефимки
то ли это на дне
то ли это в кармане
непонятно в таком тумане


D

Здесь всё прекрасно и все каноны соблюдены...

Любимые ВИА

Здесь всё прекрасно и все каноны соблюдены - настоящий "союз-аполлон" в плане стиля: и робкие ударные во вступлении (чтобы худсовет не спугнуть) и напористый (знай наших) бас, и бэки самоцветные, и дефицитный "фендер-родес" - мечта филармонических усачей.

Дух разрядки рулит all the way down the line.

D

сюжет для Кржыжановского

ПРЕДАТЕЛЬСТВО

Памятник воину-освободителю не знал что делать. Еще вчера при свете луны он выглядел грозным каменным гостем, у подножия которого мирно пасутся тихие стайки знающих своё место донжуанов, а сегодня он сам стоял как московский главред на жоподроме в Симеизе.



*

D

Душный андроповский декаданс...

Душный андроповский декаданс, пропитанный миазмами несбывшихся надежд и клавишным поносом старого цыгана-плагиатора Паула, в начале семидесятых для солидности прибавившего себе балтийское "с".

Актеры не первой свежести и еще более страшный зритель - советский гермафродит с усами, пересаженными из подмышек, страшные тройные симбиозы "мама, папа, я" в кубических консервах кооперативных хат - в общем то, что надо. Отрезвляет, бодрит.

Как-там у классика:

"Cкаждым днем сильнее пухла,
посинела и протухла.
Нужно было сразу
отпилить заразу..." ?