July 6th, 2021

ККК

.

Клеток от которых только след на пустыре
лабиринты лестничных клеток
пыльных на закате
гулких на заре
в каждой такой чей-то предок

тронутый мозгами тронут сединой
в кулаке зажав гостинец
пестрыми носками семенил с женой
во передвижной зверинец

точно так же думая
где они теперь
обезьянки моего детства
съеденные кем-то верь не верь
чья квартира по-соседству

а в лесопосадке зяблик обитал
был величиною с пони
на людей охотился
даже не летал
бегал за людьми по зоне

мясом человеческим накорми птенца
как собак у нас при немцах
вырастет прожерливей
мамы и отца
будет пожирать младенцев

начиная с малого ты его корми
языками несмышленых
не болтает лишнего
в мире меж людьми
орган речи удаленный

а наивной жертве
кажется жужжит
в зарослях большая муха
ум сопротивляется
куст дрожит
органы её слуха

розовато-бледные
ловят только то
что она сейчас слышит
то чего пожалуй
больше и никто
не расскажет
не опишет.
ККК

ШКАПИК



Отклики на кончину Раффаэллы Карра напоминают скорее тоску по семейному телевизору, нежели реквием по яркой звезде европейского шоубиза, которую, правда, не замечали наши умные журналисты.
Состарившийся пионер оплакивает волшебное устройство, где регулярно прыгала и пела "эта тётя" вместо щедро одаренной знаменитости, засунутой в черно-белый, как правило, ящик чьего-то беспросветного детства.
В данном случае ящик играет роль "старой отцовской буденовки". Надел и поскакал. Включил и увидел то же самое. Это даже не скорбь, а проверка собственной лояльности. Контрольный звонок замороженному зомби.
Ничего особенного тут нет, кроме, пожалуй, одной детали - когда бы ни началась карьера артиста у себя на Западе, советский человек замечал его только увидев на экране.
А как же группы!? - возразят мои современники.
Не было никаких "групп", как "не было никакого Либо" - играли не личности, а бобина, кассета, иногда даже пласт. А на нем, то, что у всех на слуху, желательно несколько лет. Поскольку то, что на слуху у всех не год и не два, оно запоминается лучше, и не забывается до голубых седин. Пашет, как старый добрый холодильник - хозяева остыли, а он морозит.
Но массы все-таки любят глазами, узнавая себя в толпах поклонников по ту сторону действительности.
Отсюда такая нелепая, несоразмерная популярность Рафаэля, а позднее и Алана Прайса. Дело не в качествах этих артистов, а в том, что если их поменять местами, никто бы не заметил подмены.
Если бы в испанской мелодраме пел англичанин в кепке, а испанец, притопывая каблучком, комментировал похождения Майкла Тревиса, было бы еще интереснее.