Скорей всего никто не обратил внимания, что "намба найна - намба найна" в одиозном коллаже Revolution, это молитва Государя, терзаемого призраками Кровавого Воскресенья. И, если бы Леннон своевременно объединил последние силы с Филлипом Глассом, из этой заготовки могла бы получиться авангардная опера не хуже (и не лучше) "Эйнштейна на пляже". В Союзе её бы наверняка обосрали и запретили, обеспечив нереализованному проекту заведомо культовый статус у здешних контрамарксистов. Монархическое сообщество получило бы нечто среднее между Metal Machine Music и "Николаем и Александрой". Но по-настоящему интересный замысел был принесен в жертву двум десяткам высосанных из пальца "песен" - с одной стороны. С другой вылезла порнография Пикуля, демагогия Касвинова и профанация Шкаренкова. *