Егор Безрылов (koznodej) wrote,
Егор Безрылов
koznodej

Погибонцы


 
=PENDULUM=

Калитка, клубника, тарзанка.
Играет сквозняк вервиём.
Живут в буколическом замке
Каланга и Алла вдвоем:
Корыто, сарай, водоем.

«Бухнуть бы» – сосед спозаранку.
«Не видишь? – Хозяйка больна!»
Тревожно в нетопленом доме.
Тот в горькой похмельной истоме,
Крестясь, отступил от окна…
В единую ночь пожелтела она.
Забыта пасхальная пьянка,
Шаги одиноких легки.
В Париже последнего танго
Слоняется дядя Каланга.
Меняет листва парики.
А в замке молчит «китаянка»
Русалка из Желтой реки.

Обнаружил – так обнаружил.
Словно ангела обезоружил…

Не ведал я, бедная Алла,
Тебе посвятив столько лет,
Что в тихом гнезде у причала
Ты за ночь одну поменяешь свой цвет.
На зависть…на зависть апрельской весне.
Не помню, чья песня: «Хотя бы во сне, хотя бы во сне».

Отвергнута местной больницей,
(Так нежно шуршали листы),
Легла пожелтелой страницей
В финале романа «Каланга и Ты».

Течет из простреленной каски
Слезою разбавленный спирт.
Застыла лимонная маска.
Черней этой нынешней Пасхи
Лишь идолы острова Пасхи –
Маячат на склоне кургана, близки!

Черней этой нынешней Пасхи
Отросших волос корешки.
И черный налет на сугробах
Вдоль бледной и голой реки.
И скорбно-бессильная злоба,
И кромка ногтей стариковской руки…

Отросших волос корешки
На черепе. Радуйтесь, дети.
Звоните в колокола –
Любуйтесь, соседи.
Желтая Леди
Пасхальный рассвет проспала.

Течет из простреленной каски
Слезою разбавленный спирт…
Привет, одуванчик! Собачьи какашки…
Чья песня: «Любимая, спи»?
Любимая, спи, спи, спи…

Целомудренный холод подвальных темниц,
Полагающий тлению предел… Каюсь, милая,
Не доглядел.

В субботу на местном кладбище
Возилась чужая родня.
Мы вымоем головы,
Туфли почистим
В преддверии Walpurgis Nacht.

Со дна электрическим светом
Зардеется траурный пруд.
По кругу пустив сигарету
Супруги в прозрачную воду войдут.

Пуркуа б и не па? А покуда
В пруду пузырится азот
Салютом грядущего чуда…
Очнутся и выйдут оттуда
Вахтеры подземных пустот…

Отвесно застыла тарзанка,
Натянута словно струна.
Под тяжестью Дяди Каланги
Как маятник стала она.

По гравию шаркают сухо
Колени в отглаженных брюках.

Morning Sunshine, coming through the curtains that screened Spade’s office windows, put two fat yellow
rectangles on the floor and gave everything in the room a yellow tint
”. Hammett

25/III/2010

 
Tags: Погибонцы, стихи
Subscribe

  • Уйти красиво

    Кавказ всегда был источником вдохновения для больших мастеров русского слова, от Лермонтова до Евтушенко ("Москвички"). Перед визитом к…

  • Sam The Sham Strikes Again!

  • (no subject)

    Every man and every woman is a Star Одна из лучших отечественных картин на тему так называемой "контринициации". Фильм отстаивает…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 4 comments