Егор Безрылов (koznodej) wrote,
Егор Безрылов
koznodej

Category:

ЧУБЧИК, ЧУБЧИК, ЧУБЧИК КОЧАРАВА

Понос тёк на север. "Мы - разные", воняли струи жидкого человеческого стула. То, что бежало из малороссийских дыр, застревало, образуя лужи в Харькове или Орле, но самые прыткие порции, минуя Москву, долетали до "северной столицы" содомитов, до "города мастеров", где кривляк и вонючек, подлизывающих "гарнирчики в Сайгончике", принимали как обезьян и овец в Европе, то есть – как родных. Туда перли, как в армию, тонкогубые коблы с Брянщины и Пскова, искусствоведы-шахтеры типа Аркашки Кирпича, шурпетовского педикатора. Там постоянно гибнут раньше времени любимцы безрогой публики: А. Бушлатов, поэт, безвременно ушедший, Пианино Ленинград, задушенный евразийскими обезьянами, Дохлый Ходя – какие есть на свете имена!
Почему-то они гибнут либо от своей руки, либо от рук одичавших себе подобных. А где же мор? Где более-менее коллективные исчезновения и талантов и поклонников, как в превосходной картине Питера Уира "Пикник у Нависших Камней"? Когда, наконец, украсит здешние места братский красавец-скотомогильник "Мы – разные". Мы были такие разные…
Вот недавно, пал от рук безликих молодчиков некто Тимур Кочарава, 20 лет, панк, студент, любимец Моисея Кагана, несмотря на четверократную разницу в возрасте. Вроде бы не таджик и все равно – моментально, у моря. Но где добровольчество – т. е. добрая воля к смерти (это мысль не моя, это мысль кобла-висельника). Они же так любят цитировать "если я гореть не буду, если ты гореть не будешь, если мы гореть не будем…"
Возьмем Пражскую Весну, сначала были – Дубчек, Гольдштэккер, Пеликан, Лич, но потом – Ян Палах. Самосожжение! Burn, baby, burn! Лишайте мракобесов добычи – делайте сами. Чубчик, чубчик, чубчик Кочарава. Жаль парня.
"Мы – разные" было девизом Города Мастеров еще при Советской Власти. Ходила шутка, парафраз из Ильфа-Петрова: "Здесь фотохудожники даже ягодицы раздвигают при красной лампе – боятся засветить".
Город Мастеров – это старухи в джинсах клеш (имена должны быть Леди Дарбанвиль, Леди Мелисанта и т. п.), "с прекрасными воротами", где натянуты лютневые струны. Присядет такая по нужде, задумается и наигрывает что-то из Хвоста.
Город Мастеров – это щеголи с косичками, похожими на обросший волосней хвост сперматозоида-муляжа. Или как будто этот хвост прикрывает проросший в затылке собачий сфинктер (вот откуда падали на тарелку гарнирчики в Сайгончике).
Это прибацанные дамочки 70-х с венозными животами, где созревают "Мы – разные", прежде чем шлепнуться из прекрасных ворот на ковры и циновки.
В каком-то смысле "богема" – это успешный способ однополого размножения, когда одно поколение "мы – разных" сменяет прогнившее другое, оставаясь при этом абсолютно одинаковой. Вырабатывая иммунитет к инфекциям и отравам, но, параллельно накапливая и ненависть к себе у тех, кого они с такой важностью затмевали, у тех, на чьем фоне так выгодно смотрятся их яркие таланты и эффектная внешность. Если бактерии тунеядствуют, их роль берут на себя городские каннибалы. Не подходите к ним с расспросами…

Егор Безрылов.
Tags: аналитика, хроника
Subscribe

  • .

    Денег много а он один за спиной шизофреник сын не гобсек поди не шейлок ближе всех пасется сынок не шейлок поди не гобсек а гордыни мегапарсек на…

  • Village People

    Родился мальчик с черепом киргиза в семье ученых в семье ученых сорок четыре импортных сервиза четыре вида одеколонов вначале это было незаметно…

  • .

    Гагарин был похож на водолаза перепелицу лобызал кондрат тогда-то и запомнилась мне фраза: мама, я твой дегенерат без понятия кто её выдумал но…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments