Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

ККК

ИНЦИДЕНТ

Ни в одном кино не хоронят так часто, как в "Господине Никто".

Появлению этой картины сопутствовали сразу два открытия. Во-первых, резко возросла смертность среди молодых знаменитостей. До того, знали только про Монро и Пиаф. Плюс еще какая-то Джуди Гарленд. Во-вторых - во дворах по соседству погибло несколько детей подряд.

Я не сгущаю краски - Хендрикс, Джоплин. А до них еще и Брайен Джонс, чьё красивое фото мне продали за сорок копеек. Совсем молодые люди. Ни Пиаф, ни Монро не казались мне молодыми, потому что о них судачили люди среднего возраста. Пастор Кинг выглядел американской версией Лумумбы из-за цвета кожи, братья Кеннеди занимались политикой. Но представить, что музыка убивает раньше времени было сложно.

Водевильные похороны в фильме о болгарском разведчике сопровождала одна и та же глумливая мелодия. На похоронах соседских детей я не присутствовал. Обстоятельства смерти одного из них мне довелось узнать стороной. Одного из них убил гриб. Не ядовитый гриб, а расшатанный железный зонтик на детской площадке.

Когда он падал, мальчик не отошел в сторону, чуть ли не любуясь зрелищем падения. Получается, он видел свою смерть.

И почему-то казалось, что последние секунды своей короткой жизни он смотрел на неё глазами Брайена Джонса, проросшими сквозь его детское лицо. Лицо крупным планом, на весь экран. Под глазами непременно мешки - признак морфинизма. Единственное, чего не могло вырасти на детской головке обреченного - это грибовидная прическа а ля Брайен. За три месяца каникул так не зарастешь.

Должен признаться, я плохо представлял себе внешность погибшего, хотя говорили о нем хорошо и подробно. Он мог участвовать в поединке дворовых команд, а мог и нет.

Интересно, на его месте мог бы оказаться кто-то еще или только он?

Несчастье произошло на летних каникулах. А осенью рухнули Хендрикс и Джоплин. В связи со смертью, их песни стали крутить по радио чаще, прекрасный случай кое-что узнать и запомнить, если у тебя нет магнитофона. Чаще других я попадал на All Along The Watch Tower и Move Over.

Каждый грибной сезон уносил несколько жизней. Иногда травились и вымирали целыми семьями. Сообщения о новых жертвах ботулизма было принято зачитывать вслух. Грешили на шампиньоны, но причиной смерти могла стать и не съеденная вовремя колбаса.

А тут гриб-убийца совсем иной породы. Скорее, управляемый чьею-то злой волей механизм. Судьба этого экземпляра неизвестна, его могли закрепить и оставить на прежнем месте, могли отправить на металлолом, ритуально расчленив автогеном на глазах у родителей, не знаю. Само собой, с тех пор орудие убийства мерещилось соседям в других сооружениях этого типа.

Какими бы эффектными ни были вещи Хендрикса и Джоплин, а любые похороны теперь сопровождала глумливая шарманка из "Господина Никто".

Она до сих пор играет у меня в голове.
ККК

Из набросков к повести "Главред"

Лорд Хохо


По крайней мере так был обозначен сей телефонный номер в записной книжке покойного. Сама она представляла собой блокнот, похожий на стоптанный тапок, со старой копеечной ценой на обороте обложки.

Якушев неплохо знал обладателя клички. Он заслужил её привычкой, хохотать отрывисто и громко в любой ситуации, разве что не на поминках. Не думая о последствиях, как не думает о них тот, кому необходимо прокашляться или чихнуть.

Брянцева утверждал, что так ведут себя по совету врача, отгоняя мрачные мысли, а молодой человек страдал депрессиями. Причем, не забиваясь в угол, а, так сказать, на ходу, продолжая заниматься делом, можно сказать, при всех.

Якушеву довелось быть свидетелем прилюдных истерик Хохо минимум дважды. Оба раза народу вокруг было море, в том числе и незнакомого. Оба приступа завершились рыданиями.

Как ни странно, такие срывы не создавали дискомфорта в поведении окружающих. В обоих случаях Якушев ждал аплодисменты, и однажды они прозвучали - компания за соседним столиком устроила овацию рыдающему Хохо, вынуждая присоединиться к ней его спутников, какую-то даму в очках и толстяка в военном берете.

Якушев вспомнился гневный монолог черного официанта  на вечеринке американских толстосумов, обернувшийся розыгрышем - хозяин дома нанял известного комика. Это был длинный телефильм с кучей известных актеров. "Многосерый", вспомнился каламбур из  газеты, и Якушев тоже нервно усмехнулся.

Хохот служил Хохо чем-то вроде зуммера, напоминающего закрыть холодильник, хотя в его юности таких удобств еще встречалось даже в американских комедиях. По крайней мере их не успели обыграть в гэгах, модернизируя юмор старых, незнакомых молодежи, картин.

В конечном итоге произошло неминуемое. Хохо разучился включать своё "хохо", когда надо, когда ему плохо, и  начал хохотать когда ему непонятно как, наживая врагов, подлинных и мнимых, которыми его воображение кишело с самых юных лет.

Впрочем, ко времени этой злокачественной перемены он уже сделался большим начальником, чье поведение не обсуждается подчиненными.

Однажды Якушев заносил в контору Хохо одну штукенцию для моторной лодки, и первое, что услышал, это хохот Хохо за мутным стеклом дверей в человеческий рост.

Я вот думаю - кто тебя должен снимать - Джерри Льюис или Вуди Аллен? - пошутил Якушев, доставая из кармана тяжелый сверток.

Дз-а, д-за... - снисходительно процедил Хохо, делая вид, будто слушает краем уха. Его уже раздражало обращение на ты.

Смех-узурпатор едва не стал причиной смерти Хохо, когда его велосипед на крымской трассе попал под машину с кавказскими номерами. Результатом этой аварии стали слухи о каком-то расстройстве, об участившихся отлучках в туалет посреди бесконечных планерок и совещаний. Но, параллельно с инцидентом Хохо наконец дали майора и он утешился, пришпилив воинский чин ко множеству титулов, степеней и регалий.

Мотнув головой, отгоняя лишние воспоминания, Якушев вернулся к записной книжке убитого "Димочки".

Ему не давала покоя дописка на шершавом листе.

"Два билета в Ла Скалу".


*
ККК

.

Вместе с гибелью бабушки мат потерял актуальность
словно говор двора из которого всех унесли
матерящийся шибздик такая банальность
и хребет голиафа перешиблен пращею сопли

подступает старик предлагая с напева
для него объявив одиозных сыграть журавлей
а за ним его мать коммунальной красы королева
вновь свежует на шапку давно истребленных кролей

вместе с бабушкой лексика хлипкого психа
развязала язык вечно ищущим грязи в ночи
напрудила похабщины мелкая получувиха
хоть рубашки ты в ней полощи

и пошли полоскать языком неудачные дети
неудачным родителям тыча книжонку в очки
чтобы те запираясь в сыром туалете
одноразовых ручек грызли с тоски колпачки

вместе с гибелью бабушки мат как-то выдохся
уступая площадку жрецам для гортанных молитв
разбери где чия если кажут по телевизору
бесполезную гору ненужных электробритв.
ККК

ШЕРСТЬ И ХЛОПОК

Аварии вдали от родины в ту пору были роскошью и новинкой. Смерть на дорогах Испании мог позволить себе только тот, кто отмечен судьбой заранее.
Самым знаменитым среди погибших таким образом долгое время оставался Андрей Амальрик. Мне даже примерно известно, как это произошло со слов надежного человека.
Амальрик ехал на антисоветскую конференцию из Франции в Мадрид на собственной машине. Его небольшие по объему работы, снабженные несоразмерно длинными заголовками, снискали центровому москвичу-шестидесятнику славу прозорливого футуролога.
Попутчиком Амальрика оказался некто М-зов, высланный из Союза, люмпен-диссидент, как-то связанный со СМОТ - сомнительной репликой польской "Солидарности". Надо отметить, что внутрисоветские тридцатилетние копировали любую иностранную политическую моду, разве что кроме "черных пантер".
М-зов, уверенный, что западно-европейская свобода беспредельна, не захватил с собой документы. В результате машину задержали на границе для выяснения. Усталый Амальрик элементарно вырубился за рулем. М-зов не пострадал. Так говорили московские коллеги, знавшие обоих. О подстроенной чекистами катастрофе речи не было вовсе.
Судьба прекрасной цыганки Соледад Миранда, эротической музы режиссера Джесса Франко здесь в ту пору была неведома. Польскую актрису Эву Кшижевcку - очаровательную "Девушку из банка" и дьяволицу в "Фаусте ХХ-го века" могли припомнить считанные чудаки вроде меня. Обе уникальные красавицы нашли свою смерть на шоссе последней правой диктатуры. Тут почему-то в голове играет Miss Amanda Jones.



Проходит много лет, и мне сообщают, что там же погиб человек, чью гастрольную майку с логотипом Роллингов мне принес надеть еще один лихач, чья домашняя кончина, правда, просится в рубрику "он долго пролежал". Сделано это было перед крайне неудачной попыткой выступить в первом отделении, перед отменными говнюками, велевшими звукорежиссерам, какой-то хамоватой приблатненной парочке усатых славян, практически вырубить звук моим великолепным сайдменам. Сам-то я спел тогда довольно паршиво, несмотря на престижную майку из чистого хлопка с плантаций Луизианы, а может быть и Джорджии.
Каким путем она перекочевала от покойника к покойнику, я без понятия. Знаю только, что прежний хозяин тоже разбился в Испании. Только, естественно, уже в перестройку. Он возглавлял нечто вроде фэн-клуба Роллинг Стоунз, чей музыкальный уровень 80-х по идее должен распугать последних поклонников. Тем более, при наличии Караченцова.
Я довольно рано охладел к плакатикам, значкам и футболкам, с помощью которых дылды за двадцать, пролонгируют свою тупиковую молодость, взбадривая друг друга несуразными восторгами и плоскими каламбурами. Но майку у меня назад так и не потребовали, она осталась на мне и после горе-концерта. Носить её было неприятно - клеенчатый логотип вызывал аллергию и потливость. Надевать случалось, но что с нею дальше делать, я не знал. Дарить её дальше было некому, к тому же я начал полнеть, и майка сделалась мала. К тому времени мне уже было известно про то, как Кеннет Энгер щеголяет окровавленной сорочкой, снятой с молодого человека, сыгравшего в его Kustom Kar Kommandos юного авто-фетишиста. Хотя,я, конечно не видел эту гениальную пятиминутку под сладкоголосую версию "Я знаю, как ты меня любишь" в исполнении Сестер... не помню точно, каких сестер.
Дело в том, что кроме этой майки, у меня был самодельный вязаный свитер с такою же эмблемой, весьма симметрично воспроизведенной одной из моих невест. Он должен был стать залогом стабильности наших отношений, но, как всегда бывает с подарками, превратился в насмешку, в шутовское одеяние завсегдатая наливаек.
В одной из них, ко мне с английскими приветствиями регулярно подходила троица начинающих актеров, выламываясь, как их учили, изображая непутевых старшеклассников. Они просто реагировали на картинку, разыгрывая заданный преподавателем сюжет: Хэлло, Мик! Как здоровье Кита Ричардса? И так далее, в том же духе. Минимум двое из этой троицы доживают жизнь не очень хорошо. Один совсем недавно тоже кого-то переехал или сбил, как Страшное Лицо в конце девяностых.
Свитер растянулся, майка съежилась. Обе вещицы обдавали холодом и страхом. Глядя на них, я не всегда понимал, хозяин какой из них уже окачурился.
Кто-то из ровесников регулярно пробовал исправить ошибки первой молодости, пожертвовав собой в браке с женщиной, так мало созданной для него... Под беспардонное вранье, будто группы шестидесятых играли в их жизни какую-то роль, будто ими якобы надобно дорожить, их надо регулярно слушать.
Покупателей на уже винтажный артефакт не находилось. Азизян резко заявил, что предпочитает "Мейден". Сермяге майка была поколено. У азизянова миньона был взгляд козлиной головы в "Супе из козлиной головы".
Что касается первого владельца, я таки видел его единственный раз на каком-то сборище, где действительно трясли плакатами и пластинками какие-то люди. Мой спутник окликнул его, пока тот стоял спиной. Естественно в курточке с какой-то иностранщиной на уровне лопаток. Человек обернулся и заметил, что он чудовищно кос. Разве таким разрешено водить машину?
Это не было демоническое косоглазие gettatore, каковым от природы обладал Саня Азизян. Передо мной стоял вылитый жених, свидетельствующий против Бельмондо в прологе "Повторного брака". Горшок рыжих волос, неотличимый от парика, делал сходство опасным на предмет идиотского смеха.
Это президент советского клуба любителей Роллинг Стоунз. - нейтрально сообщил мне мой проводник, не желая портить отношения с устроителями.
Я так и подумал - ответил я, мучительно рожая подходящую хохму.
И она, понятная не каждому, но меткая, возникла ниоткуда:
Кем еще может быть человек, если у него один глаз на "Декке", а другой - на "Лондоне"?


*


ККК

СМЕРТЬ В ВЕНЕЦИИ

Златые годы разбазаря
на злой семейный камуфляж
старик влюбился в государя
как молодой порочный паж

зачем травмировал напрасно
папаша психику свою
пугая маму громогласно
я так хочу иметь семью

напялив туфельки-корзинки
потел в костюме под венцом
мурлыча крашеной блондинке
я так мечтаю стать отцом

но как порнуха на кассете
из колыбели вереща
больные вымахали дети
такие же чудовища

их на винил не обменяешь
не перепишешь не продашь
судьбу назад не отмотаешь
ужасную как поздний Rush

подбадриваем серф-гитарством
фигурой вылитый эрнст рем
старик пленился государством
пополнив призрачный гарем.