Category: театр

Category was added automatically. Read all entries about "театр".

ККК

Киевлянин Серж


Копнув позорное нацистское прошлое папы Бельмондо, мы тут же вспомнили Сержа Лифаря - звезду балета, чьим конфидентом был Юрий Жеребков, тоже танцор, возглавлявший в оккупированном Пвриже "русское гестапо".
Вместе с братом Леонидом (сразу вспоминается Леонид Круг) Серж Лифарь был членом французской народной партии, чей генсек - Дорио был казнен за измену. К тому же, как обычно, этот Дорио был ренегатом из коммунистов. По слухам в восемнадцатом году даже юный Гиммлер срывал погоны с верных присяге офицеров.
Лифарь хвастал, будто лично демонстрировал Гитлеру внутреннее убранство театра парижской L'Opera в июне 1940. Правда, в дальнейшем он станет отрицать этот эпизод.
К сентябрю доверие оккупантов к русскому хореографу сделалось взаимным. Сплетни насчет того, что "Лифарь" ни что иное, как еврейское "рафиль" задом наперед, гестапо пропустило мимо своих арийских ушей.
Стоило немцам захватить Киев, знаменитый танцовщик приветствовал это событие со страниц Pari-Midi как заправский ведущий корпоративов:
Взятие Киева немецкими войсками положило конец моим опасениям, что, отступая, советы разрушат мой родной город.
(Paris - Midi, 25 сентября, 1941)


Перенервничав в этой связи, месье Серж тут же поздравил кого следует телеграммой. Добро пожаловать в Бабий Яр, дорогие киевляне еврейской национальности.
Далее последовали командировки в Берлин. В ходе одной из них танцору посчастливилось лично презентовать Герингу и Гитлеру копии своего фильма с красноречивым названием "Голубая симфония".
В это же время Институт Изучения Еврейских Вопросов - любимое детище Французской Народной Партии, в которую киевлянин Серж записался еoе в тридцать седьмом, решал эти вопросы, закладывая и отправляя на гибель в газовых камерах сотни тысяч людей. Не дремали и тараканы из "русского гестапо". И цвела под сенью свастик любовь Марэ-Кокто. И проклинали ненавистных les juifs двое фронтовиков Робер Ле Виган и Луи Фердинанд Селин за рюмкой чая в излюбленном бистро - ныне must see для верных Райху и фюреру руссо туристо.
И был вечер, и было утро.
После разгрома нацистской Германии шансы киевлянина Лифаря стать "фюрером французского балета" временно отодвинулись.
Его высмеивали, упрекали и бранили, но с головы предателя не упал ни один крашеный волос.
Нет худа без добра - нападки левой прессы в дальнейшем помогли артисту представить себя жертвой банальной гомофобии.



*
ККК

Обсуждая "Минц", сложили отдельную вещь "Бобрик"

-  "В зеркалах-2".

-  Думал назвать цикл "Ковры да свитера" - ведь свитер был чем-то вроде шерстяного парика на безволосом туловище, а по коврам ходили будущие покойники, репетируя перелет в аутсайд. Меня давно волнует бессюжетное столкновение чуждых друг другу людей-астероидов - прошел в двух шагах, посторонился, не оборачиваясь, услышав шаги за спиной, ничего не сказала, не ответил, не перезвонили, сказала, что не помнит - целая вселенная получается.


 -  По большей части воспроизвести подобное - задача невыполнимая, язык повествования это агент влияния множества стилей изложения. Я часто вспоминаю наши беседы с Бобровым, когда он устроился зав.пожарной частью в Театр на Мал.Бронной. Подозревая меня в недобросовестности и скрытности, ибо тогда я ещё учился в ГИТИСе и ничего об этом не рассказывал, он постоянно провоцировал ситуацию, зайдя, так сказать, в театр с чёрного хода, пытаясь сплетнями разбудить неиссякаемый источник вдохновения артистической жизни, оставаясь наблюдателем. Описать это - задача не из лёгких...

-  Описать - задача литератора, уклониться от описания, зафиксировав особую точку, которая обо всем и ни о чем говорит сама за себя, задача оккультного следопыта. Вот мы сейчас, вспоминая Бобрика, в унисон воссоздаем прошлое, где он сидит на каждой ветке, а тут прохожий кому-то бросает: я видел Боброва позавчера, он очень поправился и совсем полысел. Готовая миниатюра "Не тот".

- Wrong man, но нам известно, что прошлое - это соседняя комната, спрятанная за колышущимся покрывалом.


*
ККК

МАТ НА "СВОБОДЕ"

В начале восьмидесятых, когда эта тема цвела пышным цветом по всей периферии совдепа, в нашем поле зрения оказалась компания местечковых с понтом тантриков, в которую входил весь спектр меньшинств, включая оба крыла ЛГБТ.
Особенность этой группировки, как положено, с партийным "гурджиевым" и комсоргом "блаватской" во главе, заключалась в стоеросовом чистоплюйстве.
Вместо предрассудков там фанатично боролись с матом в присутствии женщин и даже в литературе. где его практически не было. Оргий там тоже не было. Зато каждый чем-то болел.
Естественно, дяденьки активно фотографировали, но это были целомудренные этюды из серии "у мамочки в архивчике лишь фоточки без лифчика".
Объяснить такое ханжество боязнью провокаций было бы наивно. Я моментально опознал чету из пединститута, и старого инженеришку-книголюба, строчившего доносы еще при Шелепине.
При этом "кто есть кто" читалось с первого раза. Но всё это было замотано скотчем и залеплено пластырем на восточный манер.
Ради чего собирается эта кислая малина, нормальному искателю приключений понять было невозможно, но кто-то туда стремился. Люди упивались подавлением самих себя, как белогвардейцы-ренегаты.
Зато стало весело, когда они ринулись наверстывать упущенное в эпоху видеосалонов. По-старушечьи методично, с огоньком, как на субботниах.
Вспомнил я про них по совсем абстрактному поводу. Прослушивая аудио-версию беседы Владимира Юрасова с прибывшей на Запад актрисой и чтицей Верой Енютиной, я отчетливо расслышал беляевскую "б", не убранную из записи, пущенной в эфир. В устах большого мастера художественного слова она прозвучала не менее естественно, чем в куплетах у Константина Николаевича.
Время и место - 9 мин. 05 сек. : "а вот в советских условиях, блять, актеру не разрешается дышать"...

Потрясающий голос, колдовская интонация. Жаль, что Сермяга не был знаком с этой актрисой.
PS. .Министр культуры Крыма прервала выступление Аксенова фразой «** твою мать».
ККК

Всегда актуальный А.П. Чеховъ

Будет безобразная толкотня. От ворот до дверей конторы потянется гусем длинный ряд каких-то чужих людей со звериными лицами, в лохмотьях, озябших, голодных и уже пьяных, поминающих хриплыми голосами матушку-благодетельницу Анну Акимовну и ее родителей; задние будут напирать на передних, а передние – браниться нехорошими словами. Конторщик, которому прискучат шум, брань и причитывания, выскочит и даст кому-нибудь по уху ко всеобщему удовольствию.

Ворота под домом Гущина темные, глубокие, вонючие; слышно, как около стен покашливают мужчины.



ККК

это вам не "моральный котекс"

Знаменитая Иза Крем ер со сцены летнего театра «Тиволи» пела негромко и лукаво:

...Я служила в магазине продавщицей,
Продавщицей тубероз и орхидей.
Вот однажды к нам заходит бледнолицый,
В золотом пенсне хорошенький еврей...

А в ресторане Фанкони любимец Одессы, куплетист Яша Зингерталь — в соломенном канотье, с тросточкой,— потешал уважаемую публику скабрезными куплетами:

Поймал — держи И не тужи!..


*

— Братцы! Что надо делать? — просто спросил Саша.

И стал делать всё, что нужно было театру, зрителям, фронту,
наконец! Нашли место в программе, и он пел под свою гитару. Песни были не просто фронтовые, но, так сказать, с местным колоритом. С фронта уже шли сообщения о чеченце капитане Мазаеве, о снайпере Ханпаше Нурадилове — их героических подвигах...

И Саша писал и пел песни о них. Был у нас в театре свой композитор — Саша Халепский, он придавал мелодиям кавказский колорит, но музыку сочинял сам Галич. Песни его имели оглушительный успех... Конечно, он стал одним из главных наших актёров.




*

ККК

La Mort en ce jardin

Покойный Саша Данченко - "Сермяга" и "Нападающий", каждое из этих прозвищ он получил от эксцентричных, но не знакомых друг с другом, личностей, также ныне покойных, много лет назад получив из моих рук "Форель разбивает лёд", тут же углубился в чтение.

Первой строкой, которую он одобрительно произнес вслух, стала "и долго крякал капитан".

Сермяга, естественно, подумал, что капитан крякает, подражая утке, чтобы развеселить читателя в остальном малопонятных текстов.

Но с годами мне самому стало казаться, что это едва ли не самый удачный образ во всей галерее, или театре теней - силуэт крякающего капитана.

В середине девяностых, стороной узнавая известия о состоянии здоровья одного из наиболее ценных неофитов в евразийском активе, мы тоже не раз повторяли "и долго крякал капитан". С благодарностью вспоминая выбор незабвенного Сермяги, который умер легко и быстро в погожий осенний полдень, в горсаду, между детской площадкой и театром кукол.

*

ККК

ДЕГУСТАТОР

Как тайваньские часы
на шикарном папе
выступает взрослый сын
у ковбойской шляпе
крутит кантри виски пьет
дорогое виски
а отец из дурки шлет
на тот свет записки
эхами семейных ссор
пропиталась стенка
плюс ковбойский голосок
виллиамса хенка
как нестиранный коттон
на системной маме
сохнет пролитый бурбон
на винильном хламе
на спектакле виктюка
курва-инженерша
подцепила комсюка
с дедушкой из смерша
застрелиться из кольта
от таких коктейлей
чтоб откинуть копыта
в ритме билла хейли
вот такое аутло
аризонский котик
и засунут под стекло
американ готик.
*