Category: юмор

Category was added automatically. Read all entries about "юмор".

ККК

дегенерация юмора

А вот кто помнит, с чего оно начиналось -  вытеснение реальной сатиры а ля Ленни Брюс поганой помесью Хармса с БГ?

По-моему с того, как замечая на себе симптомы фамильной дегенерации, бывшие циники стали все чаще умолкать и прислушиваться, не спеша возрадоваться очередной хохме из цикла "на кого б-г пошлет", анализируя её, проверяя на предмет, чтобы разродиться надежной формулой из драмы в горном ауле:

"Ладно бы меня - он до моих предков добрался, пращуров обосрал, а за предков я голову оторву, за пращуров надо голову отрывать, вот ты бы не оторвал, ладно бы меня вот ты бы акакиначе..." и т.д.

Это был сигнал холуям попроще, чтоб и они не торопились испускать свой неконтролируемый идиотский смех на фоне каменеющих ебальников матрон и старейшин.

И холуи соглашались, сперва формально, а потом, сообразив, что так удобнее, от всего сердца.

И действительно - а как иначе, когда плюют в душу и "трогают за болячку", прикрывая свободой творчества свой черный рот. Тут не спорить, а благодарить надо за открытые глаза, за прозрение - с закрытыми глазами, как в кабине с дыркой.

Когда аршин проглочен и глотатель приосанился, вопрос, тебе понравилось, как я его глотал? звучит торжественно, словно речь идет про гвардейскую стать на параде победы.



*

ККК

СКУПОЙ РЫЦАРЬ 9. 3. 14

Журчат дозволенные речи,
словно Незнайка на Луне,
от жадности сгибая плечи,
старик копается в говне,

естественно, по-обезьяньи
выпячивая складки губ,
папаша "смотрит состояние"
и произносит вслух названия
своих любимых "старых" групп.

И в ожидании каламбура
с какой-то емкостью в руках
над ним колышется фигура
его седого двойника.

Когда завистливая злоба
готова старцев задушить,
не оборачиваясь, оба
они пытаются шутить,

по образу потухших спичек
безликим карканьем ворон
выскакивают сотни кличек,
ничто не значащих имен,

и по секрету с того света
нашептывая анекдот,
один кивает: верю! это
кажись по пьяни отдал тот.

и отстоявшийся напиток
с подводным миром дохлых мух,
словно семейный пережиток,
дрожит в щипцах дрожащих рук.

Ты помнишь, в скандинавском замке
(был архитектор Рождер Дин)
ты Эмерсона ставил мамке
и был, по-моему... один?

Я был с Оксаной на "Конвое",
фильмец что надо - Пекинпа...
Нет - нас с тобою было двое,
ты вынимал билеты - два!

Но порнографию из папки
у папы пиздил ты один!
Шестидесятые! Наш папка
был очень странный господин.

Словно бразильской мелодрамы
со взбаламученного дна
всплывает тайна - значит мама
у нас ведь тоже не одна!

И по диаметру шагая
под маской в сторону одну,
ей тут же движется другая,
пугая маскою луну.

Недаром тетушка Агата
проговорилась как-то раз:
маман в девичестве Геката,
а по анкетам - Фантомас.

Хорош хохмить - не забывайся!
мы оба - плод больных мозгов,
и наших предков аусвайсы
коллаж разрозненных кусков.

У бати, кстати, мемуарно,
среди беззубых инвектив,
был упомянут некто Марлоу
с пометкой "частный детектив",

они, в ту пору тоже двое,
как мы с тобой, как мы с тобой,
вдвоем лечились от запоев
в закрытом месте под Москвой...

* * *

Растут к земле, чернея, свечи,
тень копошится на стене,
царь Ирод над главой Предтечи,
папаша роется в говне.




*

ККК

RESPICE FINEM

Смех это всегда издевательство, если это действительно смешно, жестокое глумление, беспощадная сатира на грани, а часто и вовсе за гранью вивисекции.


В юморе действуют правила гладиаторских боев, и жест "добей, раздави гадину!" не вызывает осуждения у более робких болельщиков.


Смех - расправа умного над сильным дураком.


Сфифт, Петроний, Щедрин, Ленни Брюс, Дон Рикклз, Игорь Эренбург и Джерри Льюис - состав сборной зондеркоманды гениев мизантропии впечатляет.


Талант потешается над нелепостью и несовершенством, и только у наших любимцев принято не хохотать во все воронье горло, а "радоваться" и сочувствовать с постной "улыбкой".


Примерно вот так:

Отрастил дрэдЫ? - Здоровски!


Совершил камин аут! - Суперски!

Радоваться, соболезновать и скорбить, даже если где-то по тому же поводу пьют и пляшут третий день...

Допрыгался и подсел на иглу переживаем.


Подцепил хромую ворону - наши поздравления.

Выродил под старость непонятно что - богатырь!

Покрылся паршой - скорбим.

Человек, совершающий глупость, безобразен как сам ход его уродливых мыслей.

Слез с иглы - стал круглым идиотом.

У вороны отказала вторая лапа - ворона ходит под себя.

У старика вырос ненормальный, к тому же явно не от него.

На фоне таких "хэппи эндов" (а нулевые иных не ведают) погрязший в кредитах осел из глубинки выглядит Генри Фордом, когда едет за картошкой в штампованном драндулете.


Осел по крайней мере сохранил здоровье, слушая психодел без спецсредств (под одной крышей, верней под одною КРЫШКОЙ гроба с ослицею), осел силы сберег, чтобы ишачить остаток жизни на выплату без штрафов и накруток и радоваться, радоваться этому до потери пульса...

Как дела? - Устроили дочку на курсы граффитистов. - Молодцы! Стрит- арт, это ж такая прелесть! - Давно просилась. - Умничка!


И хуй, как мы помним, кто смеялся, только улыбались лучезарно, сверкая ртом как расстегнутой мотней.

Как назвали малыша, "Насратьналицо"? - Чудесно, и наши тоже так хотят, если будет мальчик, у них в гимназии полкласса так зовут.

Право на глумление и насмешку, такая же привилегия свободного человека, как право на членораздельную речь, поскольку, в отличии от местечкового плебея он обязан высказывать свое мнение четко и остро, подчас со зловещим блеском.


Так рождаются сильные вещи от анекдота до Библии.

А на какую тему способен острить вагинальный лакей разбогатевшего лишенца-инженеришки, отстирывая трусы клофелинщицы, которую тот привел в дом прямо со сцяной песочницы в пору, когда "брать молодых" было для лишенцев символом преуспеяния и реванша...


Да и кто ей разрешит?

Тут явно нужен Петроний.



*

D

RESPICE FINEM

Смех это всегда издевательство, если это действительно смешно, жестокое глумление, беспощадная сатира на грани, а часто и вовсе за гранью вивисекции.

В юморе действуют правила гладиаторских боев, и жест "добей, раздави гадину!" не вызывает осуждения у более робких болельщиков.

Смех - расправа умного над сильным дураком.

Сфифт, Петроний, Щедрин, Ленни Брюс, Дон Рикклз, Игорь Эренбург и Джерри Льюис - состав сборной зондеркоманды гениев мизантропии впечатляет.

Талант потешается над нелепостью и несовершенством, и только у наших любимцев принято не хохотать во все воронье горло, а "радоваться" и сочувствовать с постной "улыбкой".

Примерно вот так:

Отрастил дрэдЫ? - Здоровски!

Совершил камин аут! - Суперски!

Радоваться, соболезновать и скорбить, даже если где-то по тому же поводу пьют и пляшут третий день...

Допрыгался и подсел на иглу переживаем.

Подцепил хромую ворону - наши поздравления.

Выродил под старость непонятно что - богатырь!

Покрылся паршой - скорбим.

Человек, совершающий глупость, безобразен как сам ход его уродливых мыслей.

Слез с иглы - стал круглым идиотом.

У вороны отказала вторая лапа - ворона ходит под себя.

У старика вырос ненормальный, к тому же явно не от него.

На фоне таких "хэппи эндов" (а нулевые иных не ведают) погрязший в кредитах осел из глубинки выглядит Генри Фордом, когда едет за картошкой в штампованном драндулете.

Осел по крайней мере сохранил здоровье, слушая психодел без спецсредств (под одной крышей, верней под одною КРЫШКОЙ гроба с ослицею), осел силы сберег, чтобы ишачить остаток жизни на выплату без штрафов и накруток и радоваться, радоваться этому до потери пульса...

Как дела? - Устроили дочку на курсы граффитистов. - Молодцы! Стрит- арт, это ж такая прелесть! - Давно просилась. - Умничка!

И хуй, как мы помним, кто смеялся, только улыбались лучезарно, сверкая ртом как расстегнутой мотней.

Как назвали малыша, "Насратьналицо"? - Чудесно, и наши тоже так хотят, если будет мальчик, у них в гимназии полкласса так зовут.

Право на глумление и насмешку, такая же привилегия свободного человека, как право на членораздельную речь, поскольку, в отличии от местечкового плебея он обязан высказывать свое мнение четко и остро, подчас со зловещим блеском.

Так рождаются сильные вещи от анекдота до Библии.

А на какую тему способен острить вагинальный лакей разбогатевшего лишенца-инженеришки, отстирывая трусы клофелинщицы, которую тот привел в дом прямо со сцяной песочницы в пору, когда "брать молодых" было для лишенцев символом преуспеяния и реванша...

Да и кто ей разрешит?

Тут явно нужен Петроний.



*

D

***

А вот кто помнит, с чего начиналось вытеснение реальной сатиры а ля Ленни Брюс поганой помесью Хармса с БГ?

По-моему с того, как замечая на себе симптомы фамильной дегенерации, бывшие циники стали все чаще умолкать и прислушиваться, не спеша возрадоваться очередной хохме из цикла "на кого б-г пошлет", анализируя её, проверяя на предмет, чтобы разродиться надежной формулой из драмы в горном ауле:

"Ладно бы меня - он до моих предков добрался, пращуров обосрал, а за предков я голову оторву, за пращуров надо голову отрывать, вот ты бы не оторвал, ладно бы меня вот ты бы акакиначе..." и т.д

Это был сигнал холуям попроще, чтоб и они не торопились испускать свой неконтролируемый идиотский смех на фоне каменеющих ебальников матрон и старейшин.

И холуи соглашались, сперва формально, а потом, сообразив, что так удобнее, от всего сердца.

И действительно - а как иначе, когда плюют в душу и "трогают за болячку", прикрывая свободой творчества свой черный рот. Тут не спорить, а благодарить надо за открытые глаза, за прозрение - с закрытыми глазами, как в кабине с дыркой.

Когда аршин проглочен и глотатель приосанился, вопрос, тебе понравилось, как я его глотал? звучит торжественно, словно речь идет про гвардейскую стать на параде победы.

D

(no subject)

СИМПТОМЫ


В каждой комнате шифоньер

в нем как жаждущий после пьянки

с ферросплавного инженер

расставляет с водою банки


в белом саване землемер

достает из земли останки

инженер с "кремний-полимер"

вынимает с водою банки


ожидания зал химер

на заброшенном полустанке

под скамейкою инженер

разместил их - с водою банки


не шарахайся от портьер

если в доме у иностранки

побывал в гостях инженер

значит будут с водою банки


их не выплеснуть - проклянет

тот кто мокрой клеймен звездою

вездесущий как анекдот

анекдот про банки с водою


было сказано несколько слов

их невеста моя слыхала

как пароли кошмарных снов:

чтобы пленка не высыхала...


что здесь странного если друг

дорожит какими-то пленками

я утопленник пальцы рук

оторочены перепонками


я бы камнем подбил дрофу

ненавижу стекла в воде

он их держит в одном шкафу

а мерещится мне везде!


*
D

.

СКУПОЙ РЫЦАРЬ

Журчат дозволенные речи,
словно Незнайка на Луне,
от жадности сгибая плечи,
старик копается в говне,

естественно, по-обезьяньи
выпячивая складки губ,
папаша "смотрит состояние"
и произносит вслух названия
своих любимых "старых" групп.

И в ожидании каламбура
с какой-то емкостью в руках
над ним колышется фигура
его седого двойника.

Когда завистливая злоба
готова старцев задушить,
не оборачиваясь, оба
они пытаются шутить,

по образу потухших спичек
безликим карканьем ворон
выскакивают сотни кличек,
ничто не значащих имен,

и по секрету с того света
нашептывая анекдот,
один кивает: верю! это
кажись по пьяни отдал тот.

и отстоявшийся напиток
с подводным миром дохлых мух,
словно семейный пережиток,
дрожит в щипцах дрожащих рук.

Ты помнишь, в скандинавском замке
(был архитектор Рождер Дин)
ты Эмерсона ставил мамке
и был, по-моему... один?

Я был с Оксаной на "Конвое",
фильмец что надо - Пекинпа...
Нет - нас с тобою было двое,
ты вынимал билеты - два!

Но порнографию из папки
у папы пиздил ты один!
Шестидесятые! Наш папка
был очень странный господин.

Словно бразильской мелодрамы
со взбаламученного дна
всплывает тайна - значит мама
у нас ведь тоже не одна!

И по диаметру шагая
под маской в сторону одну,
ей тут же движется другая,
пугая маскою луну.

Недаром тетушка Агата
проговорилась как-то раз:
маман в девичестве Геката,
а по анкетам - Фантомас.

Хорош хохмить - не забывайся!
мы оба - плод больных мозгов,
и наших предков аусвайсы
коллаж разрозненных кусков.

У бати, кстати, мемуарно,
среди беззубых инвектив,
был упомянут некто Марлоу
с пометкой "частный детектив",

они, в ту пору тоже двое,
как мы с тобой, как мы с тобой,
вдвоем лечились от запоев
в закрытом месте под Москвой...

* * *

Растут к земле, чернея, свечи,
тень копошится на стене,
царь Ирод над главой Предтечи,
папаша роется в говне.

*
D

.

RESPICE FINEM

Смех это всегда издевательство, если это действительно смешно, жестокое глумление, беспощадная сатира на грани, а часто и вовсе за гранью вивисекции.
В юморе действуют правила гладиаторских боев, и жест "добей, раздави гадину!" не вызывает осуждения у более робких болельщиков.
Смех - расправа умного над сильным дураком.
Сфифт, Петроний, Щедрин, Ленни Брюс, Дон Рикклз, Игорь Эренбург и Джерри Льюис - состав сборной зондеркоманды гениев мизантропии впечатляет.
Талант потешается над нелепостью и несовершенством, и только у наших любимцев принято не хохотать во все воронье горло, а "радоваться" и сочувствовать с постной "улыбкой".

Примерно вот так:

Отрастил дрэдЫ? - Здоровски!

Совершил камин аут! - Суперски!

Радоваться, соболезновать и скорбить, даже если где-то по тому же поводу пьют и пляшут третий день...

Допрыгался и подсел на иглу переживаем.

Подцепил хромую ворону - наши поздравления.

Выродил под старость непонятно что - богатырь!

Покрылся паршой - скорбим.

Человек, совершающий глупость, безобразен как сам ход его уродливых мыслей.

Слез с иглы - стал круглым идиотом.

У вороны отказала вторая лапа - ворона ходит под себя.

У старика вырос ненормальный, к тому же явно не от него.

На фоне таких "хэппи эндов" (а нулевые иных не ведают) погрязший в кредитах осел из глубинки выглядит Генри Фордом, когда едет за картошкой в штампованном драндулете.
Осел по крайней мере сохранил здоровье, слушая психодел без спецсредств (под одной крышей, верней под одною КРЫШКОЙ гроба с ослицею), осел силы сберег, чтобы ишачить остаток жизни на выплату без штрафов и накруток и радоваться, радоваться этому до потери пульса...

Как дела? - Устроили дочку на курсы граффитистов. - Молодцы! Стрит- арт, это ж такая прелесть! - Давно просилась. - Умничка!
И хуй, как мы помним, кто смеялся, только улыбались лучезарно, сверкая ртом как расстегнутой мотней.

Как назвали малыша, "Насратьналицо"? - Чудесно, и наши тоже так хотят, если будет мальчик, у них в гимназии полкласса так зовут.

Право на глумление и насмешку, такая же привилегия свободного человека, как право на членораздельную речь, поскольку, в отличии от местечкового плебея он обязан высказывать свое мнение четко и остро, подчас со зловещим блеском.
Так рождаются сильные вещи от анекдота до Библии.

А на какую тему способен острить вагинальный лакей разбогатевшего лишенца-инженеришки, отстирывая трусы клофелинщицы, которую тот привел в дом прямо со сцяной песочницы в пору, когда "брать молодых" было для лишенцев символом преуспеяния и реванша...
Да и кто ей разрешит?

Тут явно нужен Петроний.

*